» » Лучшая женщина

Лучшая женщина


Я заметил в нашем районе прекрасную зрелую женщину, которую раньше никогда не встречал. Я подумал, что она новая у нас, поскольку «старшеньких» я переглядел всех и знал каждую в личико. Такой вот у меня изъян.

Я студент, заканчиваю, и мне скоро будет двадцать два года, не брезгую подрабатывать по выходным. Очень люблю музыку и неплохо разбираюсь в звукозаписывающей технике и ПО для нее. Нормальный парень, физически хорошо сложен, но, конечно, не атлет, но и без пуза. Разве что бока чуток имеются. У меня, как у всех, есть недостатки. Я бисексуален. Я могу быть полноценным мужчиной, если женщина мне нравится, но могу и вести себя, как шлюха, если есть условия для этого. Я не против попринимать в себя член, хотя это редко приносило моральное удовлетворение, которое я ценил выше телесного. Еще у меня страсть к зрелым женщинам, и я предпочитаю иметь секс с ними, нежели с ровесницами.

Уж не знаю, как так получилось, но ближе к совершеннолетию я стал заглядываться на женщин, так сказать, в возрасте. Но отнюдь не старых. Объектами моего интереса становились дамы за тридцать, при этом хорошо выглядящие. Ну, для меня, конечно. Как оказалось, найти партнершу «на ночь» по вкусу даже мне было весьма и весьма просто – спасибо соцсетям. Дам, желающих провести время с молодым партнером, было не мало, да и я хорош собой. Я – честный парень, потому сразу указал, что не искусен в сексе. За первый же день поступило чуть меньше десятка призывов от женщин до пятидесяти. Я выбрал одну, мы переписывались (чтоб без неожиданностей) и позже встретились.

«Секс без обязательств» – так это называется. Разумеется, какое-то время мы потратили на прелюдию. Дамочка была хороша собой, стройной, при этом крупной, но никак не тучной. Мой вкус. Мила в общении, не против пошутить, даже приветствует пошлые шутки, если они хорошо вставляются в диалог. Неопытные юноши – ее хобби, а муж не против. Эта красавица не скрывалась от него, а момент исправления мужем допущенных парнями ошибок привносил в их сексуальную жизнь разнообразие и удовольствие. Я рискнул даже задать очень личный вопрос: «Зачем искать связи с юношами, если муж, судя по всему, весьма и весьма опытен и способен?» Она объяснила, что слово, максимально близко передающее характер ее занятий – это «игра». Игра с другим человеком, но не с игрушкой. Я крепко задумался, принял и понял ответ. Незаметно для меня, этими речами она меня разогрела, искусница.

Как и ожидалось, в постели я был просто никудышен, но… Женщина отлично понимала, на что шла. Она показала мне несколько приемов, подавала советы и развеяла стеснительность. Она знала, что нужно делать с парнем. Ее забавляла эта игра, и она искренне наслаждалась временем со мной. Женщина не насмехалась, с пониманием относилась к моей неуклюжести и юношеской прыти, направляла меня и подбадривала. По ее виду было понятно, что она довольна и просто ловила моменты в сексе с юношей. Пару раз она даже сумела получить оргазм, но мы оба понимали, что не по моей заслуге. В конце концов, обе стороны остались полностью довольны и удовлетворены, каждый получил чего ожидал. Прощались с благодарностями и поцелуями. Она сказала, что я «далеко пойду», кокетливо шлепнула по ягодицам и проводила с искренней улыбкой на губах. Приятная женщина.

Я стал больше времени уделять совершенствованию постельных утех, ища партнеров как среди дам, так и среди мужчин. Как я говорил выше: секс с последним меня прельщал меньше, но что-то я мог от этого уловить и мог безбоязненно вступить в эту связь. Но тяга к женщинам постарше была значительно сильнее.

Вот эта новенькая дама как раз и относится к этой категории. Она зрелая, а выглядит на лицо, как молодая. Все в ней мне по вкусу. Волосы бордового оттенка (обожаю теплые тона в окрасе) чуть ниже плеч, кареглазая красавица, не страдала макияжем. Грудь велика и даже натурально-упруга (я откуда-то был уверен, что она своя), попа сферическая и крупных размеров, красиво перекатывается при ходьбе, но нарочно она ей не виляет, а просто ходит без каблучков, что тоже плюс – выбирает комфорт в движении.

Подтянутый животик (однажды я застал ее на улице в жару с оголенным пупочком), хорошая талия без «бочек» по бокам, изящные ручки с довольно-таки цепкими пальчиками. А бедра… О-ох, бедра чарующе прелестны: не крутые, но просто плавное перетекание в них от торса уже давало фору в два подиума многим «девочкам-моделям». Сами ножки в меру пропорциональны и не менее текучи. Стройная и довольно высокая: даже мне, в котором метр восемьдесят с лишним, она доставала макушкой до носа.

Даже впервые увидев ее издалека, я опешил. Застыл. Кровь ударила в голову, и мне понадобилось какое-то время прийти в себя и остыть. Все в ней меня так возбуждало, особенно… аромат. Она пользовалась духами, но без фанатизма, и свою природу она не скрывала. В моем понимании она не иначе как благоухала… В общем, я всегда старался встать по ветру. Я никогда не упускал возможности к ней поприставать, когда встречал. Тем более, что она всегда одна ходит. А ее стандартная одежда – это натянутые джинсы и футболка, хотя в духоту можно и шортики. Все выявляется отлично.

Первая дружеская беседа сразу не задалась. Она была приветлива к незнакомцу, но я, видимо, слишком рано перешел к комплиментам, чем растерял юное очарование. Когда она поняла, что я решительно добиваюсь ее внимания, она замкнулась. Я приставал более культурными словами, по-прежнему высказывал комплименты, хотя порой даже произносил сексуальные фразы и явно выражал свои намерения, короче, пробовал многое. Увы, все, что я ей говорил, проходило мимо ушей, и без слов она продолжала идти, игнорируя меня, хотя не проявляла заносчивости и не выказывала явного неодобрения. Она часто шла мимо моего дома, я даже график ее изучил! Порой она носила тяжелые пакеты из магазина.

Я предлагал даже помочь, но ничего не повлияло. Поведения она не меняла и проходила молча и без выражения на лице. Полное игнорирование, без презрения, недовольства, раздражения, или чего подобного. Но все же я продолжал приставать к ней, не позволяя себе касаться ее или вставать на пути – это ниже моего достоинстваи точно спровоцирует негативную реакцию, а у меня и так все не радужно.

Однажды я стоял перед подъездом, время около десяти утра – надо было сбегать в пару мест, я просто сверялся со временем и картами по смартфону. Можно было и в квартире, но там было неимоверно душно, а в духоте я думать не могу, тем более запомнить новые названия и дорогу к ним. Была суббота, и народу почти на улице нет. Я уже готов был отправляться, как вдруг посмотрел в сторону и увидел ее. Она, как обычно, шла медленно, балансируя мощными бедрами, и прямо в мою сторону. Я замер, дожидаясь, когда она приблизится. Для понятных действий.

Когда она подошла, я, как обычно, поприветствовал ее и стал спрашивать, почему она не отвечает и игнорирует меня. На мое удивление она остановилась, глядя прямо на меня. Я застыл от удивления, как статуэтка, и ничего не понимал. Я даже фразу на полуслове оборвал. Она таки обратила на меня внимание! Впервые с первого провального для меня диалога. Я подумал, неужели моя мечта сбудется, и я, наконец, смогу ее уговорить хотя бы на встречу вместе. Да, за прошедшее время я от отчаяния уже высказал все свои намерения, но без романтики совсем, все же, не хотелось.

– Привет, – сказала она. Я кивнул, ответив, и она представилась: – Я Татьяна, а ты?

Татьяна… Таня-Танечка-Танюша… Каков прогресс – всего лишь два месяца, и я узнал имя у женщины-красавицы. Прекрасно, а как меня там? Я сделал вдох-выдох, сбавляя волнение, взял себя в руки, собрался и ответил:

– Александр.

– А что ты хочешь от меня, Александр? Почему ты ко мне пристаешь? Всегда, когда встречаемся с тобой? Я ведь в возрасте! Я тебе в матери гожусь.

Я ей и поведал, что как раз интересуюсь зрелыми, но отнюдь не старыми. И матушке моей за полтинник, а ей всего лишь чуть больше тридцати. И еще обронил, что она мне часто снится, и признался, что часто представляю, как занимаюсь с ней любовью. Я не скрывался, не надевал масок. Озабоченной скотиной я себя не показал, даже прямо сказав, что хотел бы секса с ней – я умел держать достоинство (без пошлости) при диалоге с дамой, хотя ее аромат чуток и пьянил меня. Конечно, пока что вот так прямо про запах я заявлять не стал – это странный комплимент, и ему свое время. А то, что я восхваляю ее фигурку – она и так знала по прошлым моим приставаниям и комплиментам, а заявление про фантазии само собой вытекало. Татьяна чуть посмеялась, даже с ноткой грусти, и сказала:

– Ладно уж, во сне ты меня видишь! Почему я тебе нравлюсь? Смотри, сколько красивых и молодых девчонок вокруг, а они только это и хотят!

Я заявил, что все девчонки ей не доходят и до пяток, и что они не способны удовлетворить меня априори. А она – опытная и просто прекрасная женщина. Пальчики свидетельствуют о упорной тонкой работе; они же, вкупе с весьма крепкими сухожилиями без особой мускулатуры на руках, – о спортивных занятиях вроде скалолазания. Хотя этим она не занималась продолжительное время – об этом говорили плотные ноготки, а ни одна скалолазка не позволит себе отращивать ногти. Когда я застал ее в шортах до колен – я не заметил варикозных вен. Ягодки подтянуты, значит образ жизни довольно активный.

Одежда своим видом, качеством и разнообразием говорила о приличном доходе и финансовой стабильности, при том, что она явно не страдала «шопинизмом» (или как это там называется), а более того – о хороших вкусах, прислушиванию к моде, но как к ориентиру, а не закону. После, как я все это выложил тоном Шерлока Холмса, ее взгляд переменился, хотя лицо не дрогнуло. Я заметил, но понять и прочесть эту деталь не сумел. Возможно потому, что мелькнуло слишком много: от радости и мягкости до ужаса, отчаяния и сожаления. Но что я произвел впечатление – это однозначно. И произошло чудо. Она похвалила мои наблюдательность и логику и спросила какие у меня планы часа в три. Прикинув время, я ответил:

– Вроде, свободен.

– Прекрасно! – сказала она. – В три встретимся здесь, и мы пойдем ко мне. Я живу за квартал отсюда.

Мы попрощались. До назначенного времени я уже стоял на месте встречи. И вот она шла в моем направлении такой же красивой походкой. Я мог видеть, как обширный таз колебался из стороны в сторону в узких джинсах, а прекрасная грудь чуть подскакивала и тряслась каждый раз, как ее ножка касалась земли.

Я зашагал навстречу, мы поздоровались и отправились к ней. По дороге она диалога не заводила, хотя явно хотела о чем-то спросить. Но я вытягивать не стал. Действительно, ее квартира была рядом, на третьем этаже. Она открыла дверь, и мы вошли. Большой зал с красивой мебелью с ярко выделяющимся диваном, выход в еще одну комнату и справа длинный коридор где была еще комната в конце, и двери, как я понял, в ванную и туалет. Кухня была слева. Получалось, что зал – это одновременно и прихожая.

Одна деталь показалась мне странной, и мне следовало обратить на это внимание. Ее квартира не пахла ей. Освежителей при беглом осмотре я не заметил, но и не придал просто этому значения.

Я сел на диван, а Таня ушла в коридор, но быстро возвратилась. Я старался держаться вежливо – я больше романтичен, чем груб, тем более с такой красавицей. Когда она вернулась, она позвала меня за собой и провела, как я понял, в спальню. Большая кровать, по бокам две тумбочки с каждой стороны и шкаф у дальней стены. Задел под мужа? Но она всегда была на улице одна. Да и будь где мужчина – в квартире бы были следы его присутствия…

Я сел на край кровати, и она попросила меня раздеться. Я проглотил возникший вопрос и сделал это, даже несколько торопливо, но не теряя такта, стараясь не показаться похотливым кобелем. Она села передо мной на колени, не раздеваясь, сразу принялась мять мое достоинство. Я было заметил, мол, не слишком ли поспешно, на что она парировала, что я уже чуть ли не два месяца безустанно к ней пристаю с непрозрачными намеками, так что на попятную идти как-то по-детски, и более того – она имеет право тоже меня разглядеть. Подумав, я решил не вмешиваться, тем более, что ей, по виду, нравилось. Вскоре мой член окреп. Должен сказать, я слежу за опрятностью. Излишняя волосатость меня раздражает, хотя я не против пушков на лобках у женщин.

Очень нежно кончиком языка она изучала мой твердый ствол. Особенно много внимания уделила головке. Только я хотел уже полностью отдаться этим чувствам, как… Шум открывающейся двери за мной заставил меня дернуться, а она остановилась. Я повернул голову и застыл. Мужчина, высокого роста и широкими плечами, вошел к нам, а вылез он, видимо, из шкафа в дальнем конце комнаты. Она посмотрела на него, потом на меня, а я не мог ничего сказать. Лишь немой вопрос к ней.

Мужик был совершенно голый, и его член, хоть и не совсем стоял, был весьма большим. Во всяком случае раза в полтора больше моего. Он не следил за внешностью и весь оброс. В общем он – мой полный антипод. Мои мысли крутились с большой скоростью. Я, грешным делом подумал, неужели Татьяна такая извращенка, что хочет, чтобы мы с ним ее жарили вместе.

Он подкатил молча, и Татьяна отошла в сторону. Неуловимым мне движением он повернул меня на месте, поставил на колени на пол и придавил торс к кровати. Татьяна ему дала тюбик какого-то крема и только тогда до меня дошло. Он будет меня трахать.

Вообще хорошая тактика: отделаться от навязчивого ухажера с помощью парня-мужа-отца-самца путем изнасилования. Для меня это не будет таким уж унижением, но она этого не знала. Я не перестал думать о Татьяне, но если уж я не буду с ней любовно двигаться, то хоть этот гигант сделает доброе дело. Этим я себя успокоил.

Татьяна перешла в другую сторону кровати и схватила мои руки. Видимо, чтоб я не рыпался. Действительно цепкие пальчики. Я даже пожалел, что не мог ухватиться в ответ. А гигант был сзади и приставил свой столб к розе. Я чувствовал, как его головка пристраивалась к дырочке. Член мужчины весьма хорошо надулся, но меня это не пугало. Попа у меня адаптируется ко всему. Мой сфинктер легко принял массивную головку. И тут он протолкнул болт глубже – где-то на треть. Он начал шлепать мои округлости довольно сильными ударами, и я услышал его голос. Все же, это ее парень.

– Это за то, что не даешь покоя моей девушке, сука. Ты ее хотел ебать, но я тебя буду ебать на ее глазах.

Очень странная постановка слов. Не, смысл я уловил, но серьезно, кто же так предложения строит? На вид не заграничный…

Татьяна не говорила, но держала мои руки, чтобы я не двигался. Еще один толчок, и вот весь член уместился во мне. Некий дискомфорт, но без боли, и по привычке я начал подмахивать попой. Гигант заметил и… при-ка-зал Тане меня похвалить за это. Она начала меня поощрять и подбадривать, мол какая я шлюха, но как-то… искусственно. Ненатурально. Но по ее лицу я не мог сказать, что ей это нравится, а взгляд она отводила. Сдается мне, это не ее идея. А гигант только и повторял, как зацикленный, что я хотел трахнуть его девушку, а теперь, какая незадача, ебут меня. Плевать, телесное удовольствие я все равно получу. Не убьет же он меня, в самом деле!

Ебал он меня, сразу скажу, довольно бодро и хорошо. Я не сопротивлялся, но и не выказывал симпатий. Я подмахивал, но обрабатывать внутри член не хотел – слишком много чести такому мужлану. Когда он кончил, Татьяна отпустила мои руки. Я не получил того удовольствия, за которым пришел, но это тоже в какой-то степени неплохо. Чуть ли не голышом мужик вытурил меня на лестницу и выкинул в лицо одежду. Когда я одевался, я слышал, как за дверью шел разговор на повышенных тонах. Я постоял еще какое-то время, искренне сожалея, что такие красавицы, как Таня, делят ложе со столь грубыми мужланами. Впрочем, вкусы… Я, в какой-то степени, тоже… непонятен.

Я решил больше не приставать к этой женщине, по крайней мере пока что. Она, видимо, находилась в каком-то переломном моменте своей жизни. Мы даже больше не разговаривали при наших дальнейших встречах, но продолжали просто здороваться. Я всегда пытался приветствовать ее как можно мягче, всем видом показывая, что не обижен и что не злюсь, и проявлял полную лояльность. Так продолжалось месяца три. За это время я сделал несколько попыток найти партнершу, но я всякий раз невольно сравнивал их с недосягаемой мной Татьяной. Просто… она идеальна. Сверстницы меня абсолютно не интересовали в плане секса, а прочие девушки «в возрасте» просто были далеки от ее форм.

Но у меня даже получилось переспать с одной одинокой дамой, однако не сложилось – она опытным взглядом поняла, что я банально сохну по другой. Но она не в обиде – я разбавил ее скудную жизнь, как она призналась, хорошим сексом и легкой романтикой, был с ней вежлив и учтив. Так же сказала, что такие, как я – просто отдушина для девушек, и что молоденьким весьма не повезло, что я не смотрю в их сторону. Высокий комплимент… Она попрощалась со мной, пожелала мне удачи и счастья. Милая женщина.

Татьяна на какое-то время пропала. Довольно надолго – больше двух недель. Я уже было подумал, что она исчезла насовсем, но вдруг…

Время после полудня, я возвращался с рано закончившихся пар. Я услышал женский голос за спиной, меня кто-то звал по имени. Это была Татьяна. Сердце екнуло, когда она обратилась ко мне по имени и целенаправленно приближалась. Она остановила меня на улице, подошла и извинилась за то, что было. Я ничего не понял, мол, с чего это вдруг, но она мне начала объяснять подробности, предложив отойти в сторону с дороги, дабы не мешать прохожим. Она волновалась, и весьма сильно, но не сводила с меня взгляда.

Ее друг жил с ней, но они были не женаты. Он не работал, она все покупала и еще деньги давала. Несмотря на все это, он ее постоянно избивал, но не сильно и без синяков, и она страшно его боялась. Потому постоянно сбегала, в том числе, как я верно сказал, на занятия по скалолазанию и даже восточным танцам – отсюда и формы. Нет худа без добра… Как он узнал, что я к ней постоянно приставал – сама не знает. План был разработан им, в том числе он даже догадался скрыть из виду свои вещи, а Татьяна должна была выполнять: заманить меня и раздеть. Ослушаться она не могла – уж больно его страшилась. А еще она отхватила за то, что увлеклась и попробовала меня. Я про себя возмутился: нефиг было так долго в шкафу сидеть.

Однако теперь, благодаря мне, нашла в себе силы дать отпор. Почему из-за меня? Просто я – единственный, кто так долго добивался от нее хотя бы взгляда. Она ощутила себя кем-то желанной не только как «дырконоска», и потому решилась вырваться из ада. В какой-то день Таня, придя домой с милиционером, дала мужлану выбор: или он уходит из ее жизни и оставит ее в покое, или она накатает на него жестокое обращение, а еще попросит меня дать заявление про изнасилование (что участковому было очень интересно, поскольку это статья уже значительно серьезней).

Она рассудила по моим лояльным приветствиям, что я по ее слову вполне бы мог состряпать подобное, и она была права (а детальки, что она где-то как-то соучастница можно было и опусти-и-и-ть…) Мужик хоть и хороший ебарь, но не для дам, а для шлюх (одной из которых мне пришлось побывать), но с ее слов ничего больше он не умел. Подтверждал ее отношения с ним факт того, что она всегда ходила одна, так что симпатии к мужчине у меня не возникли. Просто большой хер, и все, и то как должно не пользовался. Он выбрал первый вариант и уехал. Уже полмесяца от него ни слуху ни духу. Теперь она свободна, дышит полной грудью и без страха в сердце. Полмесяца она просто отдыхала… от всего и ото всех, но обещала себе первым делом, как соберется с духом и силами – найти меня. Я был рад за нее, чего не постеснялся выказать, и намекнул, что я лучше нее никого не встречал. Татьяна же хотела поблагодарить меня и извиниться лично.

Она сказала, что готова меня пригласить к себе хоть сейчас, и расплатиться за ущерб. Она дала слово, что в квартире она одна. Дела я решил отложить – они не горели – и принял ее приглашение. По дороге поспрашивала меня, откуда у меня тяга к «старым», чем конкретно она меня так впечатлила, и прочее. Я отвечал честно, что тяга к зрелым, но отнюдь не «старым», у меня очень давно, а она привлекла буквально всей своей внешностью, и мне дико интересно узнать ее не только поверхностно. Я ее просто… чуял. Под конец пути она обняла мою руку. Я кожей чувствовал, как билось ее сердце. Взволнованно и часто.

В гостиной она сразу начала раздеваться и не переставала меня уверять, что ее мучитель забыт навсегда. Но слова мне были не нужны – я носом чуял. Вот теперь ее квартира – это ее квартира целиком и полностью. Серьезность намерений она подтвердила тем, что снимала с меня одежду одновременно с собой. Я уточнил, мол, не слишком ли быстро все: сразу обнажения, притирки, нежности, и даже побеседовать ни-ни. Она, стягивая с меня футболку, а с себя лифчик, заявила, что разговоры-диалоги мы успеем, а она мечтает о моем достоинстве с тех пор, как попробовала меня тогда, перед обманом. И с тех же пор жаждет добиться прощения: и за мужлана, и за совою слабость, что не смогла воспротивиться этой мерзости.

Я не успел сказать, что не виню ее, когда она уже подвела меня к дивану и начала попой притираться к моему лобку, уперев ручки в софу. Я был бы не против предварительных ласк, но Тане уж очень не терпелось. Ну и понежиться можно было и позже. Член встал, а я оставил стеснительность, видя ее энергию и решительность. Ну и кроме того… вот они, ягодки моей мечты, передо мной! Как только я обнял ее талию, коснувшись грудью ее спинки, она затихла и как-то даже растерялась. Видимо, отвыкла от ласк и нежностей. Простой механический секс мне интересен столь же, сколь и ровесницы. То есть можно, но нафиг?

Мои руки окружили ее живот и спустились ниже, до киски. Над щелкой остался маленький треугольник волос, но небольшой. Влажность и тепло, передаваемые моим рукам, означали, что Таня возбуждается. Мой палец проник между мягкими губками и чуть прошел внутрь. Она застонала и попросила поцеловать ее. Разумеется, я не отказал. Моя вторая рука мяла шикарную грудь, о которой я мечтал во сне. Не забывал я ласкать и сосочки, что со временем все сильнее набухали и твердели. Одновременно я осторожно двигал тазом, скользя членом под ее уже мокрой киской. Чувствовать на своей головке ее влагу было безумно приятно. Мечты сбываются.

– Войди же в меня… – призвала она. – Быстро, Сашенька, не осторожничай. Я хочу тебя… Сейчас!

Вот что я ждал. Таня, продев руку, раздвинула лепесточки, и мой член провалился в щелочку. Довольно просторно, но бархатно и мягко. Вероятно, ее нежное лоно еще помнило болт гиганта. Я испугался, что мой ствол будет ее едва щекотать, и она не получит удовольствия.

– Пожалуйста, двигайся, что же ты стоишь? – в нетерпении лепетала она.

Я начал аккуратно ходить в ней и шлепать пахом о ее мягкие ягодки, ранее мне недоступные. Оголенные они были еще прекрасней, чем через одежду! Я понял, что сильно ошибся: она отлично меня чувствует в себе, и ее стоны свидетельствуют о том, что мой член, хоть и не такой большой, как у того мужчины, доставляет удовольствие. Это меня поощряло все чаще двигаться в ней. Но до грубости я не опускался – ее тело и так тряслось в моих объятиях. Киска летала ко мне навстречу и принимала меня трепетно и влажно. Но я все еще ходил не полностью. Танюша это поняла и в какой-то момент на мое движение вперед она насадилась на мой стержень полностью. Головка тюкнулась в матку… что заставило нас обоих вздрогнуть и задержаться на секунду.

– Ух! – вырвалось из нее, и она кокетливо улыбнулась. – Да, Сашенька, ты достаточно большой мальчик… Продолжай, прошу.

Попа тряслась волнами, мои яички шлепали по ее бедрам, а ее стоны становились все страстнее. Я наклонился к ней, чуть замедлил темп, и стал водить носом по ее шейке и плечам, вдыхая ее столь чарующий для меня аромат. Она ощущала, как мой кончик бегает по ее коже, с шумом втягивая воздух, и млела от этого. Руками я ласкал животик и сферки, пока она не попросила ускориться, поскольку чувствовала, как дрожит в ней мое достоинство. Я выполнил просьбу, но мне пришлось распрямиться. Таня сказала мне не стесняться и натягивать ее, если я пожелаю. Оу, в этом я не смог себе отказать! Бархатистые стеночки ни на миг не прекращали обволакивать мой стержень.

Я не смог больше сдерживаться – слишком долго я желал этого, слишком долго мечтал, и все равно не мог даже приблизится к тому, как это происходило сейчас. Она попросила излиться внутрь, не боясь ничего. Я кончил, не останавливая движений, и с каждым толчком пускал в ее горячее лоно струйки семени. Сокращения стенок щелочки массировали член и сжимали его, выдавливая все, до последней капли. Она блаженно заговорила:

– Боже, как хорошо! Как ласково! Я не могу вспомнить, когда мне было так здорово… Кажется, никогда…

Танюша опустилась на диван животиком, предоставляя мне булочки. Я провел членом по ним и легонько шлепнул. Она мило ойкнула и улыбнулась – это ее чуть подзадорило. Про себя я отметил, что она до пика не дошла, пообещав себе исправить этот… прокол. Мы легли отдохнуть. Лежали в обнимку на боку на диване, наслаждаясь теплом друг друга. Когда дыхание было восстановлено, Татьяна мне поведала, что ее гигант просто ебал ее, очень часто, даже слишком часто: когда она возвращалась не то с работы, не то с занятий. И даже ночью он покоя не давал, а в выходные по четыре раза. Но секс с ним очень жестокий и односторонний, ее мнение особо не спрашивалось. А сегодня, впервые за последние лет шесть (столько времени терпеть?!), она чувствовала, что отдается сама, а не что ее кто-то использует. Наконец-то у нее случился чувственный секс, и она вспомнила (если не узнала), какого быть женщиной рядом с настоящим мужчиной. Мне это было лучшим комплиментом.

Я прижимал ее грудью к себе, обнимал и гладил. Зарылся носом в ее макушку, опять втянув воздух, на что Таня захихикала. Ладонью она осторожно водила по моей груди, видимо, находя это приятным. Я кожей почувствовал, что ее сосочки опять набухли. Легкая мысль о влажной щелочке, о ее бархатистости – и кровь уже побежала к достоинству. Чмокнул ее в лоб, и она подняла на меня взгляд. Я демонстративно перевел руку к ее груди и ухватил за бубенчик.

– Да, милый… – сказала она и обхватила меня ножкой. Мой член быстро приходил в боевую готовность. Она продела к нему ручку, и направила опять в киску.

– На «ты»? – обратился я.

– Конечно…

Я поцеловал ее в губы, одновременно наполнив ее лоно. Было крайне здорово чувствовать, как ее тело затряслось. Я стал двигаться уветливо и не быстро. Она отвечала поцелуями и сладостными стонами. Мы обнимались тепло и чувственно, пока нижние части наших тел слаженно танцевали. Ее бедро ласкалось о меня по мере того, как я очень неспешно убыстрялся в ней. Доставать до маточки не получалось, но нам и так было очень хорошо. Ободок головки ласкался внутри, стеночки лона мягко сопровождали и обволакивали его в легкой услужливости. Таня не пыталась как-то подзадорить меня, дабы я стал двигаться чаще-сильнее-глубже, нет, она просто искренне наслаждалась. Она ловила каждый миг, пока я был в ней, она дрожала в моих объятиях от нежащей страсти и готова была последовать, если я направлю.

– Боже, как хорошо… – стонала она, ткнувшись лобиком в мою грудь. Я сердцем почувствовал, что от тяжести вины, ласки и удовольствия она чуть не плачет. – Прости, что отвергала тебя… Прости, что игнорировала, прости, что обманула…

– Тише-тише, – ответил я, покрепче обняв ее, – я никогда не винил тебя.

– Все равно прости… – шепнула она, и тут опять подняла на меня взгляд. – Позволь я… извинюсь…

Я недопонял. Ручкой она остановила меня, уперев пальчики в лобок, и вынула член из лона. После намекнула лечь на диване спиной. Я догадался. Она перекинула через меня ножку и села оказавшись киской точно над моим стволом. Не теряя времени, она подняла его вверх и насадилась сразу до конца, заставив вершинку опять тюкнуться о вход в маточку. Наши тела пронзили сладостные судороги. Но Таня решила не брать перерыва, потому сразу начала ерзать тазом и скакать на мне. Я, как мог, подмахивал снизу.

Ее ноготки страстно бегали по моей груди, пока мои руки гладили ее ягодки и прелестные бедра. Партнерша доставляла мне глубокое удовольствие – она знала, как надо двигаться. Она скользила лепестками по моему паху, будучи полностью во мне – так мой стержень надавливал на бархатные стенки, меняя углы. Мне же было крайне здорово наблюдать, как мой член исчезает в щелке, причем пушок нисколько не мешал, и более того – добавлял контраста. Стеночки лона мяли мой стержень внутри, обволакивали его, пока моя… богиня с блаженством двигалась на мне. Крайне волнующими были мгновения, когда головка тюкалась о маточку и слегка-слегка надавливала на вход. Я всякий раз чувствовал, как любимая легонько дрожала от этого, а щелочка на миг становилась уже.

Вдруг она протяжно ахнула и выгнулась, вознеся личико вверх. Нет, это был не пик, просто еще одна волна, в которую хотелось нырнуть с головой. Она сидела, полностью нанизавшись на меня; вершинка ерзала у входа в матку, будучи максимально глубоко; изящные бедра чуть сжались, обхватывая меня по обе стороны; ручки, что находили опору на моем торсе, напряглись, а пальчики, легко царапнув, сжались в кулачки. На миг она вознеслась к небу, и время остановилось. Как она прекрасна! Свет обтекал ее тело, окаймляя талию, бедра и грудь, сферы чуть соединились вместе между ручками, позволяя набухшим сосочкам получить свое место в прекрасной картине. Я пребывал в чистом восхищении, в этот миг в моем сердце не было ни капельки низкой похоти. Я уже говорил, но моя богиня – прекрасна! Спустя долгие-долгие секунды она вернулась на грешную землю, со сладостной дрожью и тихим стоном возвращая на меня взгляд. Волна страсти передалась от нее ко мне, и я, с легким уколом слабости, пережил ее, прикрыв глаза, иначе я бы ослеп от столь яркой и чистой красоты. Моя богиня намеренно не дошла до пика, вернувшись ко мне и продолжив двигаться.

В порыве пламенного вдохновения я поднялся ладонями по ее рукам, пока не достиг груди. Любимая легко улыбнулась, ускорив плавные движения и такт стеночек, пока я нежил ее сферы, чуть оттягивая сосочки. В какой-то момент меня пробила дрожь, я двинул тазом вверх, роняя руки на бедра любимой. Так получилось, что Таня в этот миг как раз поднималась. Из-за моего движения она подлетела чуть выше, чем задумывала, а я уже опустился, и ствол выскочил из щелки. От неожиданности взлета и сладостной истомы, Таня не успела среагировать, и потому просто упала киской. Мои мышцы были напряжены, потому член стоял кверху. Влажная щелка приземлилась точно на головку, которая в миг увела в горячее лоно весь ствол. Моя вершинка прошлась по стенке с особой чувствительностью и лаской, одновременно с ощутимым нажимом. Так она долетела до матки, плотно прижавшись к ней. Завершением этого… кульбита стал влажный шлепок.

Такое движение довело мою любимую. Она широко открыла глаза и выгнулась, став тяжело дышать. Она сидела на мне, пока ее тело пробивали сладостные судороги пришедшего оргазма. Таня дрожала и чуть ли не кричала, ее бедра сдвигались, обнимая меня, а стеночки лона пульсировали с удвоенной частотой. Я же, приподняв ее за ягодки, стал снизу водить в ней, продлевая ее миг удовольствия. Видя, что она чуть ли не сходит с ума от нахлынувшего блаженства, я решил добавить огонька. Я прибавил скорости, и весьма значительно. Мой пах часто-часто шлепался о нее, член летал в ее влажной узкой киске быстро и ласково. Таня не выдержала – ее пробил второй оргазм, пока еще не отошел первый, и… она закричала от удовольствия. Ее ручки подкосились, от чего она упала на меня. Я же продолжал двигаться, скоро и нежно. Я чувствовал, как она трясется, лежа на мне, а ноготки… в экстазе царапали мне кожу. Я лишь ткнулся носом в ее плечико. Во время оргазма она особо ярко благоухала… Втянув воздух, я прикры
л глаза, сбавив темп.

– Да, Сашенька, да… – шептала Таня блаженно. – Ох, мой ласковый… Как хорошо…

Какое-то время я еще входил в нее снизу, но щелка стала весьма влажной. Она по-прежнему нежна и изящна, но я сам разрядиться туда не мог. Впрочем, мне это было не суть важно, главное – Таня в восторге. Она полежала на мне, приходя в себя, в полузабытье целуя мою грудь и чуть царапая ее. После, когда мысли прояснились, она чуть вяло подняла попку и вытащила член из киски. Он упал мне на лобок, все еще твердый, а любимая аккуратно придавила собой сверху, став тихонько ерзать на нем.

– Ты не успел… – шепнула она, целуя в губы.

– Не суть, Танюш, – ответил я. – Главное, что ты была на небе. Ты ведь была на небе?

– Ох, Сашенька, ты сам меня туда отправил! – кокетливо ответила она. – Но я не успокоюсь, пока не извинюсь полностью.

– Это как? – удивился я.

Она нежно улыбнулась и поднялась с дивана. Я непонимающе приподнялся на локте, а Танечка, виляя попкой, последовала к спальне. У порога она обернулась, повела бедрами, провела ручкой по талии и до груди и… кокетливо поманив пальчиком за собой, исчезла в комнате.

Подвоха я уже никакого не ждал, и проследовал за своей богиней. Когда же я вошел в спальню, мне захотелось издать все возгласы и вздохи сразу. Танюша стояла на широко поставленных коленях на кровати, прелестями ко мне, упирая ручку в ткань. Вторая ее ладошка водила по ягодке, чуть оттягивая ее, открывая влажную щелку вместе с розочкой. Кровь во мне забурлила… Я приблизился и залез на ложе, хватая ее попку. Да я просто обнял эти спелые ягодки! Какое-то время мы вместе мяли их: она направляла меня, да я и сам наслаждался их мягкостью. Я припал губами к этим бесподобным округлостям, на что она мило захихикала. Я восхищался ей… После я подвинул таз и ткнулся каменным членом в киску. Но тут…

– Нет, Сашенька, дорогой… – мягко сказала она. – Я хочу полностью перед тобой извиниться. Это значит, что я не выпущу тебя, пока ты не разрядишься хотя бы по разу в каждую мою дырочку. Выше, милый…




– Ты уверена? – на всякий случай уточнил я.

– Конечно. – Она кивнула. – Моей киске ты очень понравился. Попочка тоже хочет, а то от того гада кроме боли они ничего не получали…

– Бедняжки, – ответил я, приставив головку к розочке.

Таня ухватила стержень ручкой и направила, сказав мне не стесняться. Я надавил, и вершинка пролезла в удивительно тугую дырочку. Мы одновременно застонали. Хоть член едва-едва вошел, волны удовольствия по нам все равно прокатились. Она убрала ладошку, открывая мне просто чудесный вид. Мой ствол мостиком связывал наши тела, находясь вершинкой в восхитительной дырочке. Я с удовольствием возложил руки на ягодки своей богини, гладкие и налитые, с упоением став водить ими. По мне прокатилась еще одна волна просто от мысли, что я нахожусь головкой в изумительной попке так долго прогонявшей меня женщины, которая недавно кричала от блаженства, и сейчас она прямо передо мной, зовет и умоляет наполнить ее. Мое тело сотряслось, что заставило член сделать несколько частых импульсов, и он впрыснул в дырочку пару струек смазки.

– Ой, – вырвалось от богини. – Ты чего?

– Ничего, Танюша… – отозвался я чуть осевшим голосом. Ого, как меня передернуло-то… – Наслаждался видом и ощущениями. Ну и признаюсь – я просто очень рад быть рядом с тобой и быть в тебе…

– Я тоже рада, милый… – кокетливо улыбнулась она, тройку раз чуть поведя попкой вверх-вниз. Я чувствовал, как головка обтягивалась стеночками второй дырочки. Они пульсировали мягко и… призывно.

– Я вхожу. Можно я буду называть тебя моей богиней?

– Ну Саш, к чему уж так… – засмущалась она. – Сладкая, дорогая, милая; делай мне комплименты, только без сюсюканий.

– Понял, Танюш, – ответил я и пошел вперед.

Мы оба замычали от удовольствия. Стенки попки плотно-плотно обхватывали мой член и пульсировали на его пути. Я чувствовал каждый миллиметр, который прокладывал внутри столь великолепной дырочки. Я не останавливался – попка приняла меня уютом и теплом, и вскоре мой пах тюкнулся о ягодки моей богини, а моя мошонка поцеловала мокрое лоно с влажным шлепком. От нахлынувшего блаженства я не удержался и лег на шелковистую спинку, обняв Танюшу.

Любимая нетерпеливо стала ерзать тазом, стремясь лучше распробовать мой член второй дырочкой. Мое тело пронзили судороги, я все никак не мог заставить себя двигаться, а богиня уже подала попкой вперед, вытягивая мой член из себя, сильно-сильно сжав проход. Я чуть не задохнулся от истомы, а вот дырочка уже расслабилась, и нанизалась на ствол до основания. Мошонка опять коснулась влажного лона… Я охнул, продолжая нежить торс и грудь Тани в своих объятиях. Она просто восхитительна…

На какое-то время моя богиня чуть успокоилась, давая волнам блаженства, что накатили на меня, отхлынуть. Она лишь чуть-чуть подпрыгивала попкой, лаская внутри мой стержень стенками. Пока я возвращал контроль над своим телом, я бегал губами по бархатной спинке, постоянно целуя ее, одновременно водил руками по животику и груди моей богини. В конце концов, я смог подняться, вернув ладони на восхитительные ягодки. Пора наверстывать.

Я подался назад, вынимая член. Таня была готова, и проводила его плотным сжатием стенок. Я чуть раздвинул половинки и пошел вперед, вновь заполняя дырочку и впрыскивая еще порцию смазки. Поняв, что попка принимает меня свободно и безболезненно, я взял темп. Я видел, как Таню пробивала дрожь, пока я двигался в ней. С ее губ постоянно срывались стоны. В какой-то момент она поставила шире колени и опустилась грудью на кровать.

– Да, Сашенька… – выдыхала она на мои движения. – Ходи во мне, прошу… Как я могла прогонять тебя, не понимаю…

Я тепло и мягко улыбнулся. Встал на одно колено и увеличил темп. Особо волнующе было тереться бедром о ее ягодку. Ручки дамы сердца моего сжимали ткани на кровати от удовольствия. От шлепков паха по попке постоянно прокатывались маленькие волны, хотя я то и дело возвращал руки с талии Танюши на ее округлости, дабы помять их еще. Щелка любимой постоянно сочилась – я чувствовал это своими яичками. Я наклонился вперед и продел руку под моей богиней, достигнув пальцами ее лона. Пока я двигался к ней по животику – Таня дрожала.

Она застонала, когда мои пальцы вошли в ее горячую киску. Одновременно с этим я еще больше усилил напор в ее попке. Шлепки стали громче, а дырочка – теснее. Я вышел пальцами, просто став водить ими вдоль нежных лепестков, омывая их соками любовницы. Я постоянно ласкал бугорок и теребил щелку.

– Быстрее, Саш, быстрее… – страстно попросила моя богиня. – Не останавливайся…

Я выполнил просьбу, взяв максимальную частоту, которую мог. Танюша поднялась на ручках – так ей было проще подмахивать мне. Шлепки стали очень звонкими, от лона к мошонке постоянно тянулась струнка. Мне пришлось для устойчивости покинуть киску пальцами, цепко взявшись за талию богини – я не хотел пресекать распространение волн по восхитительным ягодкам. Таня подавала таз мне навстречу, то прямым движением, то закручивая спиралью, отбивая попой о меня секунды. Член входил с постоянно меняющимися углами, а сам был каменной твердости, просто несгибаемым, что доставляло любимой массу впечатлений от таких движений. Ну и я, конечно, тоже… кайфовал, чувствуя под собой трепет любимой.

И вот мы оба застонали. Меня пробил оргазм, и я вонзился в попку моей богини настолько глубоко, насколько мог. Вероятно, я чуть не рассчитал силы, и Танюша подалась тазом вперед, падая на кровать, а я повалился следом. Меня пробили судороги, и я стал наполнять вторую дырочку своим семенем. На второй раз, по моим впечатлениям, его было даже больше. Таня тряслась подо мной – ее тоже настиг анальный оргазм. Ее дырочка сжалась плотно-плотно, а в экстазе она смогла даже чуть приподнять меня своим тазом и уронить обратно. Конечно, член никуда не выскользнул, продолжая пульсировать и изливаться в попку моей богини…

Какое-то время мы просто лежали. Я дышал ей в шейку, вдыхая аромат ее волос… Я, конечно, не позволил себе открыто валяться на Танюше, потому больше… обтекал ее сверху. Ее попка пульсировала, пока мой член не выскользнул из нее, уменьшившись. От его кончика по ягодке протянулась влажная полоска. Я чуть отклонился в бок, продолжая быть над любимой, и пока просто упокоил достоинство на ее упругой ягодке, чуть прижав собой сверху.

– Ох, Сашенька… – блаженно выдохнула любимая. – Восхитительно, милый! Я в начале немного боялась, что мне будет чуть больно, но твой дружок крайне вежлив и ласков. Я не почувствовала ничего неприятного, только наслаждение! Спасибо, дорогой, я так ждала этого, так хотела…

– Не за что, Танюш. – Я чмокнул ее в щечку. – Стесняюсь спросить…

– Что такое?

– Можно… Мм…

– Ну же?

– Можно… принять с тобой душ?

– Почему ты спра… ой! – осеклась она, когда мой член дернулся на ее округлостях. Он вскоре снова встанет. Вообще, это удивило даже меня – к третьему разу так быстро? Не, я выносливый парень, но до этого, с другими дамами, мне требовался перерыв на каждый четный раз. Таня чуть потрясла попкой, пока мой наливающийся стержень не юркнул точно к ней в ложбинку между ягодками. Она мягко заулыбалась. – Я смотрю, душ ты решил уже отложить?

– Честно, Таня, я думал, что мы успеем хотя бы встать… – протянул я, крепясь между булочками.

– Душ не убежит… – промурлыкала она, с томной улыбкой расслабляя тело.

Поняв, что моя богиня не против продолжения, я стал неторопливо ерзать тазом, размазывая головкой смазку. Больше я терся у задней дырочки, но пока не проникал. Я выгнулся, став плавать кончиком носа по ее спинке, обдавая нежную кожу своим дыханием.

– Саш, я все спросить хотела… – начала она неуверенно. – Ты что, меня… нюхаешь?

Я улыбнулся и поднялся до ее личика, дотянувшись своими губами до ее уст.

– Ты восхитительна. Да, я заприметил тебя поначалу из-за фигурки, но окончательно ты меня свела с ума своим ароматом.

– Так вот почему ты постоянно крутился с разных сторон! – прозрела она. В ее голосе взыграла игривость. – Ты по ветру вставал!

– Я не мог тебя пропустить без внимания. Прости.

– Нет, не извиняйся. Ты очаровал меня с первых встреч, но…

– Но здесь был другой.

– Чужой.

– Не будем о грустном, дорогая.

– Верно, Саш, а то ты уже меня всю… ух!

Ее пробила дрожь, когда я опять влетел в нее сзади. Смазки было не мало, да и семени внутри тоже, потому я юркнул в дырочку быстро, аккуратно, влажно и мягко. Таня захихикала, сведя ягодки. Она немного выгнулась, приподнимая попку и чуть развела ножки. Я благодарно поцеловал ее в шейку и плечо, и взял темп. Довольно быстро ее щелка опять намокла – я чувствовал это своим мешочком. Шлепки мошонки о лоно стали влажными.

Конечно, чтоб активно двигаться, пришлось возвысится над ней. У меня все никак не получалось добиться от себя плавных движений тазом – все время выходили какие-то рывки, подергивания и недоборы. За все время своих похождений я эту деталь отработать так и не сумел. Таня весело посмотрела на меня, сжала дырочку и с улыбкой произнесла:

– Я позже могу дать тебе пару уроков из танцев живота.

– Уверен, это поможет, – выдохнул я, возвращая свой стандартный стиль.

– Мне же лучше, – улыбнулась она еще шире и медленно легла, расслабив тело, просто наслаждаясь движениями моего члена в своей попке. Правда, работать стенками она не перестала. Я постарался оправдать доверие.

По ее совету я вонзился как мог, и просто стал водить тазом по ее округлостям. Ее опять пробили судороги, но я не заметил, под каким углом это было. Я стал искать этот угол, на что моя богиня сладостно мычала и охала. Тереться лобком и бедрами о ее бархатистые ягодки и ножки было неописуемо приятно, а добавляли удовольствия узость и мягкость дырочки, в которой ерзал ствол. Я, вроде, нашел уголок, пару раз войдя под ним в Танечку, и оба раза она подала попку вверх с трепетом и вздохом. Как забавно…

Я продолжил двигаться, водя ладонями по ее бархатистой спинке. На этот раз я постарался нащупать мышцы поясницы. О да, она определенно могла мне помочь улучшить волнистость. Немного поиграв с ягодками, я вернулся к поглаживаниям, не переставая ходить в ее попке. Случайным движением я обнаружил еще одну милую деталь: если провести большими пальцами по обе стороны от позвоночника до пояса, не касаясь других частей спины – по телу любимой пробежит дрожь. Не знаю, это только у нее, или у многих – я не пробовал, но после паузы, сделав так еще разок, я заставил ее выгнуться чуть ли не мостиком (даже приподняв меня тазом), замычать и прерывисто выдохнуть в некоем мини-оргазме. Дырочка на какое-то время сжалась плотно-плотно, из-за чего пришлось чуть замедлиться, но я не остановился. Таня сделала серию глубоких вдохов. Напряжение поубавилось очередной легкой дрожью.

В какой-то момент я решил поменять позу. Я выскользнул из попки, с удовольствием отмечая, как колечко разочарованно пару раз по импульсу сжалось в попытках вернуть утрату. Перевернул Таню на бок, поцеловав в губы долгим поцелуем. Рука прошла к ее сферам и обняла их. Богиня блаженствовала. Я сказал:

– Если я правильно понимаю, мне осталось попробовать твой ротик, дорогая, – еще один ласковый поцелуй, – но прежде хочу тебя в киску. Если ты позволишь, конечно…

– Ох, Сашенька… – выдохнула она, когда я властно ухватил ее ножку и обнял на груди, приставив головку к щелке. Таня не противилась и даже звала. Внутри было влажно и мягко.

Двигался я не долго – уж слишком великолепны ее дырочки, но посчитал, что аргумент для душа нужно найти более весомый, а то мы так с кровати и не поднимемся. Чувствуя приближение вершины, я повернул богиню на спину, разведя ее ножки и продолжив двигаться в лоне. Она ухватила меня за бедра, следуя их темпу. Когда она выгнулась в новом оргазме, я ускорился, доводя себя до пика и продлевая ее миг. Перед самым излиянием я вышел из нежного лона и, поерзав членом вдоль лепесточков, касаясь мошонкой попки, спустил семя на лобок и живот моей богини. Что-то даже достало до груди. Танюша лежала с туманным взглядом, мягко обнимая бедрами мои ноги и вяло водя ручками по себе, собирая мою влагу и поднимая к губкам. Но попробовать я ей не дал: лег на нее, перехватил ручки и размазал, что она собрала, по себе. Кроме того, в планах было наполнение ее ротика, так зачем портить аппетит? Я дотянулся до губ, вновь соединив нас долгим поцелуем, потихоньку успокаивая достоинство о лепестки ее лона
.

Чуть отойдя от пиков, мы приподнялись. Танюша посмотрела на блестящий от капелек семени торс, на то, что размазано по мне, и задумчиво произнесла:

– Весомый аргумент для душа, дорогой…

Не знаю, что на меня нашло, но подняв ее с кровати я не хотел отпускать далеко. Я обнял мою богиню и опять запечатал ее уста поцелуем, на что Танюша охотно и ласково ответила, обхватив меня ручками в том же порыве. Мы оба прониклись необычностью этой связи: она была… выше плотских утех. Этот поцелуй был выражением чего-то много большего, чем страсти. В это мгновение мы были… выше всего мира. Исчезли кровать, тумбочки и стены, исчезли свет и полумрак, исчезли тени, исчезли даже наши тела. Лишь наши души слились воедино на один миг. Как бы сентиментально-бредово это не звучало, но этот миг был очень долгим…

Возвращение обескураживало. Уста разомкнулись, и мы посмотрели друг на друга. Карие глаза сверкали серебряными слезами. Я еще раз обвил ее, положив личиком на грудь. Таня дышала в моих объятиях полной грудью, успокаивая сердце. Потом вдруг хихикнула, отодвинулась, посмотрела на меня с теплой улыбкой. Любимая мотнула головкой, намекая-таки пройти в душ. Я решил, что это идеальный повод чуть покрасоваться, потому немного неуклюжим движением подхватил ее под колени и поднял на руках. Таня взвизгнула и засмеялась, обвив ручками мои плечи. Не посмею сказать, что она легкая как перышко, но до ванны донести проблем для меня не было никаких. Любимая открыла дверь, и я торжественно внес ее в душевую.

Ее ванная была достаточно уемистой, чтоб там поместились мы оба, даже с учетом самой ванны, душевой кабинки для одного и стиральной машинки. Я опустил любимую ножками на пол, не рискнув забираться с ней – поскользнусь еще… Танюша мягким толчком откинула меня к машинке и тут же прислонилась ко мне. Я был чуть обескуражен, а ладошки моей богини уже обхватывали и мяли мое достоинство. Я устроился поудобнее, прислонившись ягодицами к мойке: раз она хочет до душа – я не стану возражать. Откуда во мне взялась вся эта мужская мощь (я про твердь) на четвертый раз – я не думал. Я хотел женщину передо мной, стремился наполнить ее блаженством. Это… доставляло мне не меньше удовольствия, чем собственные оргазмы.

Танечка, мягко глядя на меня, стала спускаться ниже, обдувая мою кожу потоками горячего воздуха из носика. Присев на корточки, она оказалась точно напротив члена, который напрягся лишь наполовину от ласк ручками. Любимая вобрала его в ротик, зайдя снизу, и тут же прижалась личиком к лобку. У меня чуть ли не легкие свело: торс напрягся, меня чуть согнуло, я шумно выдохнул и глаза закатил. Видимо, после третьего раза чувствительность была повышена… Танюша сумела улыбнуться (даже с членом в ротике), и принялась без движений головой ласкать мой ствол исключительно язычком и щечками, не убирая носика от паха. Как меня не вырубило – я не знаю…

Ей очень нравилось чувствовать, как ствол крепнет прямо внутри. Она без проблем смогла принять головку в горлышко и помять ее мышцами шеи какое-то время, и только тогда отстранилась, освобождая его. В этот момент меня пробила дрожь. Она опять улыбнулась, припав губками к уздечке, а я… просто наслаждался видом. Танечка приступила к ласкам с игривостью и умением. Она мычала и причмокивала, водила губками по стволу и целовала яички. Член трепетал от ее нежностей, а я лишь пыхтел, периодически дрожа телом и запрокидывая голову в попытках оставаться в сознании.

Танюша сделала мне просто сногсшибательный (буквально, я свалился с ног) минет! Под финал она обхватила ободок головки губками, став быстро водить ручкой вдоль ствола и тюкать вершинку язычком, пробираясь кончиком в уретру и теребя уздечку. Невозможно описать, что я чувствовал в этот момент, но под извержение меня пробила сильная дрожь, я шумно выдохнул и закрыл глаза. Танюша приняла все, что я смог излить, до капельки, хотя семени было уже не так много по сравнению. Как только волна отхлынула, я вдруг понял, что падаю. Ноги подкосились, и я сполз по боку стиральной машины на пол. Меня продолжало мелко трясти, и в глазах темно. Или это просто веки прикрыты… Я прерывисто дышал, словно даже забыв, как это надо делать в принципе. Сногсшибательно, любимая…

Привести мысли в порядок помог вкус ее уст на губах. Ответил на поцелуй я не сразу, а когда очухался – провел ладонями по ее щечкам и перетек на шейку. После, я обнял ее, а она выжидающе посмотрела на меня. «Извинения приняты, Танюша», – мягко сказал я. Она прыснула, пустив слезинку, и примиряюще поцеловала. Я должен был это произнести, даже несмотря, что я ее абсолютно не винил – иначе она бы себя не простила.

Мы освежились. Увы, кабинка была для двоих слишком тесной, но в ванне встать под воду – пожалуйста. С подачи Тани мы прихорошились и сумели даже отдохнуть, она даже не смутилась сделать массаж моим спине и плечам. Намыленные ладошки легко и мягко ходили по моей коже, а легкие нажатия цепких пальчиков поспособствовали снятию телесного напряга. Как выяснилось – я действительно был сильно зажат, и Танюша не успокоилась, пока ряд болезненных ощущений не прошел.

– Мало того, что ты прелестница, красавица, умница, так еще и массажи практикуешь… – мычал я, будучи полностью расслабленным, пока ручки любимой продолжали мять мне спину, поясницу и руки.

– Ну, сама-то я его делала редко… - призналась она, взлетая ладошками к шее. – Знакомая по скалолазанию показала несколько приемов и движений и поведала основные принципы. Правда, это относилось больше к ступням, пальцам и кистям, но для прочих частей тела тоже пойдет.

– Как пятку почесать, значит, - со смешком сказал я. Легкие пальчики тюкнули меня по плечам:

– Не смейся, массаж – это целая наука!

– Ясно дело, если для ряда людей это профессия. Хотя помню я тетушке своей на семейных посиделках, бывало, пытался что-то поделать, просто из любезности, ну и мне нравилось наблюдать ее реакцию и слушать похвалы от нее. Конечно, я был мелким, но старался с усердием.

– Стискивать пальцы, с мягкой жесткостью водя ими по коже? – уточнила она, перейдя к надплечьям.

– Именно.

– Ну где-то как-то и в целом верно. Но уверена, ты не знал специальных движений.

– Результат-то один!

– Не-а, - хихикнула она.

Я повернул голову, глянул на нее, после поднялся (я сидел на краю ванны ногами в пол), повел плечами, покачал головой, повернулся, соединил руки, чуть похрустел пальцами и с нажимом и улыбкой сказал:

– Повернись.

Танечка тройку раз хлопнула глазками. Учитывая, что мы оба были нагими, фразу можно было понять двояко, и я только сейчас это понял. Тогда я залез в ванну, и хотел уже присесть рядом, но любимая поднялась, мотивировав тем, что устала сидеть коленями на поверхности ванны. Я понятливо кивнул, а она повернулась ко мне спинкой и уперлась ручками в стену. Без похотливых мыслей я слегка омыл ее и выдавил чуть геля, принявшись водить руками по ее плечам, лопаткам и пояснице, пока не спускаясь к ягодкам, а то ведь не сдержусь. Начал с поглаживаний, просто намыливая кожу, а после уже усилил нажим.

– Не бойся давить сильнее, я потерплю, – заверила она.

Я ранее себе плохо представлял, как мышечный спазм может быть в расслабленном теле, но теперь, водя пальцами по коже любимой, я чувствовал их. Выявлял один за другим и пытался убирать. Быть может даже грубовато, но Таня не выказывала протестов или болезненных подергиваний. Можно было понять, что нашел нужное место, по напряженности тканей под кожей. Я не опасался причинить легких уколов – при снятии спазмов это неизбежно, но и излишне надавливать тоже не пытался. Мы увлеклись, и спустя какое-то время я перестал замечать напряженные участки. Тогда я вернулся к поглаживаниям, и уже более… эротическим.

Я приблизился к любимой, которая уже томно дышала от моих прикосновений. Немного банально, но пока я водил ладонями по бархатной спинке, мой член прижался к ее щелке снизу. Танюша пока не спешила, перевела мои руки на свою грудь, а сама, встав получше, принялась подавать попой ко мне, пропуская ствол между ножек. Я мял сферки и прижимал богиню к себе. Вскоре мы разгорячились, щелка любимой увлажнилась, а я уже дрожал от нетерпения. Танечка, решив более меня не мучить, чуть наклонилась и поставила ножку на край ванны, уперев ручки в стену. От такого приглашения отказаться было просто невозможно; нежное лоно приняло меня с трепетом и мягкостью.

Я вновь излился в любимую, взяв ее в киску, лицом к себе и подняв одно ее бедро. Опять прокол – она не успела, но все равно была умиленной. Почувствовав в себе мою влагу, Таня выдохнула, после несколько утешительно поцеловала меня, довольно улыбнулась и сказала:

– Твоя техника массажа тоже хороша…

Мы обнимались. Таня провела пальчиками по моей влажной от пота спине, после оглядела себя. Я поймал ее задумчивый взгляд и уточнил:

– Опять под душ?

– Да, – кивнула она.

Удивительно, но будучи под освежающей водой мы сдержались. Какое-то время отняла сушка локонов, а то мочить кровать приятного мало, но хоть поболтали. Весьма забавно было наблюдать за Таней. Это ведь… целый ритуал!

После мы еще долго танцевали на кровати с большей игривостью и отдачей. Я не стеснялся, проявлял властность, а Танюша – следовала. Я отыгрался за прокол в ванной, дважды доведя ее до оргазма. Слышать ее крик удовольствия – просто услада. Богиня не сдержала слез счастья.

Перерыв после еще одного освежения мы предпочли провести на кухне. Нам обоим надобилось чуть передохнуть, хотя по себе я решил, что хватит меня еще на раз, может быть два.

– Да уж, Сашенька… – выдохнула она, ласково глядя на меня, пока мы распивали чаёк. Она накинула халат, мне же пришлось обмотаться в полотенце. Мы как раз из душа, где я нежно еще разочек взял ее в попку. – Я, конечно, подозревала, что ты за молодой человек, но настолько предугадать не могла…

– Я старался, – кивнул я, выдыхая.

– Признаюсь, мне были приятны твои комплименты, твои приставания. Ты был вежлив, обходителен, потом вульгарен и резок… Ты так старался обратить на себя мое внимание?

– Я пробовал разные подходы, когда видел, что другие не давали результата.

– Еще раз прости. – Она выдержала недолгую паузу, а потом продолжила: – Хотела опять оправдываться понятной причиной, но… ну его к черту. Если постоянно вспоминать – не забудешь никогда. – Она сделала еще глоток с задумчивой миной, видимо, прокручивая в памяти эпизоды наших встреч. – Должна признать, за словом ты в карман не лезешь.

– Немало читал, – признал я. – Особое внимание уделял диалогам. Мне кажется важным держаться при даме достойно.

– Оу, Саша, по тебе это видно, – улыбнулась она. – Ты начитан, вежлив, очарователен и держишь себя в руках. Я обратила внимание, что ты ни разу не дотронулся до меня, и ни разу не встал на пути. Скажи, а ты работаешь?

– Учусь пока, – кивнул я. – Подрабатывал самостоятельно по выходным и в свободное время, пока не изучил твой график.

– Ты меня преследовал…

– Не мог иначе, Танюш. Ты восхитила меня буквально всем. Можно сказать, ты восхитила меня тем, что ты просто есть.

– Сла-адкие речи, – протянула она с искоркой в глазах. – Язычок у тебя очарует любую де́вицу. Ты понимаешь, что мог бы пользоваться гигантским успехом у сверстниц, не тратя времени на «мамочек»?

– Опять говоришь, что стара для меня? – улыбнулся я. – Танюш, я уже говорил: девочки тебе и до пяточек не дорастают. Ну и они мне просто даже внешне не нравятся. Нет, у меня есть подруги, но они приятные собеседницы.

– Возможно даже сохнут по тебе… – кокетливо произнесла она, допив чаек. – Слушай, Саш…

– М?

– Прости за личный вопрос, но… Где ты так научился?

– Чему именно? – не понял я.

– Ты действовал не как неотесанный юнец, а как настоящий мужчина. Ты прислушивался ко мне, подстраивался, если надо было. Это требует… навыков.

Я не стал скрывать, что учился практикой. Ну еще и фильмы посматривал, конечно. Таня выслушала с улыбкой и интересом.

– И кто-то после этого возмущается, что молодежь не правильная растет… – изрекла она, когда я закончил рассказы про дам под сорок.

– Таня.

– А?

– Ты уже знаешь, что я фанатею от твоего аромата.

– М?

– Позволишь мне… тебя попробовать?

Она вылупилась на меня с удивлением и игривостью. Вообще, я давненько хотел это сделать, просто не сразу смог обернуть свою тягу в видимую форму. Я хотел впитать аромат любимой, но чего-то долго соображал, как это сделать. Прочие дамы, кстати, нередко даже начинали сексуальные игры именно с ласк их щелок, потому в этом умении упрекнуть себя в некомпетентности я не мог. Танюша подумала, томно улыбнулась и ответила:

– Не на кухне, дорогой. – Она поднялась из-за стола, взяв направление, как я понял, в спальню. Но я решил проявить чуть властности.

– Почему же? – со смешком спросил я, аккуратно перехватывая ее поцелуем и обнимая. – Кухня сделана в том числе, что бы пробовать…

– Саша… – выдохнула она в слабом протесте, пока моя рука легким движением развязала поясок, что удерживал халат закрытым. Таня томно вздохнула, когда его края раздвинулись, а я начал мять одну из ее сфер.

Властно повернув ее, я усадил любимую попой на крышку стола. Она призывно подняла и раздвинула ножки. Тут же встав между ними, я продолжил обнимать и гладить ее, не разрывая наших уст. Ее ладошки гуляли по моей спине, периодически проводя по ней ноготками. А я, оставив мягкие губы, стал поцелуями спускать ниже. Моя богиня сладостно вздохнула и задрожала, когда я припал к ее щелочке.

Руки я пока не подключал, лаская восхитительное лоно лишь устами и языком. Я проникал внутрь, неглубоко, и теребил кончик так быстро, как мог. Не обделял вниманием и бугорок. Пару раз я не выдержал, просто юркнув в мою богиню носом. На такой жест она весело ухала. Таня дрожала и стонала, пока я вылизывал ее киску, выпивая все, что она могла дать. Теперь я уже подключил руки, стал аккуратно двигать пальцем внутри. В какой-то момент я снял ее со стола. Она понятливо поставила ножки шире, уперев попу в крышку. Я ускорился, не прекращая целовать обожаемое мной лоно. Пальцами я ходил куда активнее, следя за тем, чтоб любимая не упала от услад. Когда же она прижала мою голову плотнее к киске, я сделал легкий финт: мои пальцы одновременно проникли в ее щелку и попку, что стало для моей богини последней каплей. Танечка пискнула и выгнулась, едва не закричав снова. В меня потекли ее соки. Я собрал столько, сколько смог.

Любимая стояла на ватных ножках, переводя дыхание. Я так же поцелуями поднялся по ее телу. Она посмотрела на меня томным взглядом и слила уста с моими. Ее же сок на моих губах, видимо, нисколько не смутил ее.

– Язычок у тебя… не только сладкоречие творит… – молвила она, хватаясь за мой вставший член. Хм, я даже не заметил, как с меня полотенце сползло. – В спальню… уй!

Танюша слишком резко повернулась и сделала шаг. А ножки-то не окрепли, и она покачнулась. Я среагировал, подхватив ее, чтоб ненароком не упала. Она хихикнула, благодарственно чмокнула меня, после провела ладонями по бедрам сквозь халат, разминая мышцы. С ее губ не сходила мягкая улыбка. После, обернувшись ко мне, кокетливо поманила пальчиком и упорхнула.

Я проследовал за ней. Таня словно летела, а халат постепенно сползал с ее плеч. Перед входом в спальню он упал в пол. От зрелища под ним я взвился, последовав за ней на ложе. Про один-два раза что-то я себе наврал. Для этой женщины я вытерплю сколько надо.

Мы вновь слились в страстном танце на тканях. Таня стонала и извивалась подо мной, мое тело наполнялось усладой и силой. Я не останавливался, доводя любимую до бурных оргазмов, а она в ответ нежила меня внутри, и двигалась вместе со мной. Семени, как такового, я уже извергать не мог, но все равно продолжал сотрясаться от накатывающих волн блаженства.

Мы вновь вознеслись в небеса, когда я входил в свою богиню, пока она лежала на спине, обхватив меня ножками, а я двигался в ее попке. Воистину, поза миссионера просто идеальна для обоих партнеров. Мы почти не прерывали поцелуя, я мог ласкать все ее прелести, чувствуя на своих щеках ее жаркое дыхание. Оргазмы пробили нас одновременно и Таня… не сдержала крика. Слезы счастью вновь засверкали под ее ресницами.

Когда мы лежали в постели, горячие и мокрые, она тихо проговорила: «Ты не трахаешь… Для описания секса с тобой использовать это слово просто вульгарно и грубо… даже мерзко. Ты не ошибся, когда говорил мне, что представлял именно занятия любовью. Я до тебя не знала этого никогда. Только сейчас я это понимаю…»

Под конец мы попили чая – уже было довольно поздно. Мы рассудили пока не увлекаться настолько сильно и передохнуть, ну а на ночь мне точно оставаться не следует, так ни я, ни она, не могли пообещать не «домогаться» один другого. И правильно: эта женщина способна заставить вскипеть мою кровь просто поведя бедрами. Сегодня понятно, мы были неутомимы, потому что я добился того, чего так жаждал, а она, наконец-то, смогла ощутить себя женщиной, а не дыркой для хера. Напоследок Танюша еще разок сделала мне минет, прямо на кухне, и мы еле удержались от того, чтоб продолжить в спальне… Как же она прекрасна: и возрастом, и фигуркой, и душой! Богиня!

У порога ее квартиры наши уста вновь слились в космическом поцелуе, а после я еще разок обнял ее и поспешил ретироваться, а то опять начал чувствовать учащенное сердцебиение. Мы не прощались.

Вернувшись в свою квартиру (откуда у студента целая собственная квартира – долгая история), я сразу завалился спать, вспоминая нежное тело любимой, а особо т

 +10 
Теги: в попку